Приветствую Вас ГостьВоскресенье, 22.10.2017, 08:21

Технократическое Движение


Каталог статей

Главная » Статьи » Технология

Звездный ЯРД России

Атомный двигатель для космических ракет - казалось бы, далекая мечта писателей-фантастов – был, оказывается, не только разработан в сверхсекретных конструкторских бюро, но и изготовлен, а затем испытан на полигонах. «Это была нетривиальная работа», говорит генеральный конструктор Воронежского федерального государственного предприятия «КБ химавтоматики» Владимир Рачун. В его устах «нетривиальная работа» означает очень высокую оценку сделанного.

«КБ химавтоматики», хотя и имеет отношение к химии (изготавливает насосы для соответствующих отраслей промышленности), на самом деле является одним из уникальных, ведущих в России и за рубежом центров ракетного двигателестроения. Предприятие было создано в Воронежской области в октябре 1941 года, когда гитлеровские войска рвались к Москве. В то время КБ разрабатывало агрегаты для боевой авиационной техники. Однако в пятидесятые годы коллектив переключился на новую перспективную тематику — жидкостные ракетные двигатели (ЖРД). «Изделия» из Воронежа были установлены на «Востоках», «Восходах», «Союзах», «Молниях», «Протонах»...


Здесь, в «КБ химавтоматики», создан и самый мощный в стране однокамерный кислородно-водородный космический «мотор» тягой в двести тонн. Он использовался в качестве маршевого двигателя на второй ступени ракетно- космического комплекса «Энергия—Буран». Воронежские ЖРД установлены на многих военных ракетах (например, SS-19, известных как «Сатана», или SS-N-23, запускаемых с подводных лодок). Всего было разработано около 60 образцов, 30 из которых доведено до серийного производства. В этом ряду на особицу стоит ядерный ракетный двигатель РД-0410, который создавался совместно со многими оборонными предприятиями, КБ и НИИ.

Один из основоположников отечественной космонавтики Сергей Павлович Королев рассказывал, что о силовой атомной установке для ракет мечтал еще с 1945 года. Очень заманчиво было использовать могучую энергию атома для покорения космического океана. Но в то время у нас и ракет-то не было. А в середине 50-х советские разведчики сообщили, что в США полным ходом идут исследования по созданию ядерного ракетного двигателя (ЯРД). Эта информация была сразу же доведена до высшего руководства страны. Скорее всего, с ней был ознакомлен и Королев. В 1956-м в секретном докладе о перспективах развития ракетной техники он подчеркивал, что ядерные двигатели будут иметь очень большие перспективы.

Впрочем, все понимали, что реализация идеи сопряжена с огромными трудностями. Атомная электростанция, к примеру, занимает многоэтажный корпус. Задача состояла в том, чтобы превратить это большое здание в компактную установку величиной с два письменных стола. В 1959 году в Институте атомной энергии состоялась весьма знаменательная встреча «отца» нашей атомной бомбы Игоря Курчатова, директора Института прикладной математики, «главного теоретика космонавтики» Мстислава Келдыша и Сергея Королева. Фотография «трех К», трех выдающихся людей, прославивших страну, стала хрестоматийной. Но мало кто знает, что именно обсуждали они в тот день.

С. Королев, И.Курчатов, М.Келдыш (слева направо)

— Курчатов, Королев и Келдыш вели разговор о конкретных аспектах создания ядерного двигателя, — комментирует фотографию ведущий конструктор атомного «мотора» Альберт Белогуров, более 40 лет работающий в воронежском КБ. — Сама идея к тому времени уже не казалась фантастической. С 57-го, когда у нас появились межконтинентальные ракеты, конструкторы Средмаша (министерства, занимавшегося атомной тематикой) стали заниматься предварительными проработками ядерных двигателей. После встречи «трех К» эти исследования получили новый мощный импульс.

Атомщики трудились бок о бок с ракетчиками. Для ракетного двигателя взяли один из самых компактных реакторов. Внешне это сравнительно небольшой металлический цилиндр диаметром около 50 сантиметров и длиной примерно метр. Внутри — 900 тонких трубок, в которых находится «горючее» — уран. Принцип работы реактора сегодня известен и школьникам. Во время цепной реакции деления атомных ядер образуется огромное количество тепла. Мощные насосы прокачивают через пекло уранового котла водород, который нагревается до 3000 градусов. Затем раскаленный газ, вырываясь с огромной скоростью из сопла, создает мощную тягу...

На схеме все выглядело хорошо, но что покажут испытания? Обычные стенды для запуска полномасштабного ядерного двигателя не используешь — с радиацией шутки плохи. Реактор — это, по сути, атомная бомба, только замедленного действия, когда энергия выделяется не мгновенно, а в течение определенного времени. В любом случае необходимы особые меры предосторожности. Испытания реактора решили проводить на атомном полигоне в Семипалатинске, а первую часть конструкции (как бы сам двигатель) — на стенде в Подмосковье.

— В Загорске имеется превосходная база для наземных запусков ракетных двигателей, — поясняет Альберт Белогуров. — Мы изготовили около 30 образцов для стендовых испытаний. Водород сжигали в кислороде и затем газ направляли в двигатель — на турбину. Турбонасос перекачивал поток, но не в атомный реактор, как положено по схеме (реактора в Загорске, понятно, не было), а в атмосферу. Всего было проведено 250 испытаний. Программа завершилась полным успехом. В итоге получили работоспособный двигатель, отвечавший всем предъявленным требованиям. Сложнее оказалось организовать испытания ядерного реактора. Для этого необходимо было построить специальные шахты и другие сооружения на Семипалатинском полигоне. Столь масштабные работы были сопряжены, естественно, с большими финансовыми затратами, а получить деньги и в то время было непросто.

Тем не менее стройка на полигоне началась, хотя и велась, по словам Белогурова, «в экономном режиме». Не один год ушел на сооружение двух шахт и служебных помещений под землей. В бетонном бункере, расположенном между шахтами, находились чуткие приборы. В другом бункере, на удалении 800 метров, — пульт управления. Во время испытаний ядерного реактора пребывание людей в первом из названных помещений было категорически запрещено. В случае аварии стенд превратился бы в мощный источник радиации.

Перед экспериментальным запуском реактор аккуратно опускали в шахту с помощью установленного снаружи (на поверхности земли) козлового крана. Шахта была соединена с выдолбленной на глубине 150 метров в граните и облицованной сталью сферической емкостью. В такой необычный «резервуар» закачивали под большим давлением газообразный водород (для использования его в жидком виде, что, конечно же, эффективней, не было денег). После запуска реактора водород поступал снизу в урановый котел. Газ раскалялся до 3000 градусов и с грохотом огненной струёй вырывался из шахты наружу. Сильной радиоактивности в этом потоке не было, но в течение суток находиться снаружи в радиусе полутора километров от места испытаний не разрешалось. К самой же шахте нельзя было подходить в течение месяца. Полуторакилометровый подземный тоннель, защищенный от проникновения радиации, вел из безопасной зоны сначала к одному бункеру, а из него — к другому, находящемуся возле шахт. По этим своеобразным длиннющим «коридорам» и передвигались специалисты.


Ракетный двигатель РД-041 в музее воронежского предприятия «КБ химавтоматики»

Испытания реактора проводились в 1978—1981 годах. Результаты экспериментов подтвердили правильность конструктивных решений. В принципе ядерный ракетный двигатель был создан. Оставалось соединить две части и провести комплексные испытания ЯРД в собранном виде. Но на это денег уже не дали. Ибо в восьмидесятые годы практического использования в космосе атомных силовых установок не предусматривалось. Для старта с Земли они не годились, ибо окружающая местность подверглась бы сильному радиационному загрязнению. Ядерные двигатели вообще предназначены только для работы в космосе. И то на очень высоких орбитах (600 километров и выше), чтобы космический аппарат вращался вокруг Земли многие столетия. Потому что «период высвечивания» ЯРД составляет как минимум 300 лет. Собственно говоря, аналогичный двигатель американцы разрабатывали прежде всего для полета к Марсу. Но в начале восьмидесятых руководителям нашей страны было предельно ясно: полет к Красной планете нам не под силу (как, впрочем, и американцам, они тоже свернули эти работы).

Однако именно в 1981-м у наших конструкторов появились новые перспективные идеи. Почему бы не использовать ядерный двигатель еще и в качестве энергетической установки? Проще говоря, вырабатывать на нем в космосе электроэнергию. При пилотируемом полете можно с помощью раздвижной штанги «отодвинуть» от жилых помещений, в которых находятся космонавты, урановый котел на расстояние до 100 метров. Будет он лететь вдали от станции. При этом получили бы очень мощный источник столь нужной на космических кораблях и станциях энергии. В течение 15 лет воронежцы вместе с атомщиками занимались этими перспективными исследованиями, проводили испытания на Семипалатинском полигоне. Государственного финансирования не было вообще, и все работы велись за счет заводских ресурсов и... энтузиазма. Сегодня мы имеем здесь очень солидный задел. Вопрос лишь в том, будут ли эти разработки востребованы.

— Обязательно, — уверенно отвечает генеральный конструктор Владимир Рачук. — Сегодня на космических станциях, кораблях и спутниках энергию получают от солнечных батарей. Но на ядерном реакторе выработка электричества намного дешевле — вдвое, а то и втрое. Кроме того, в тени Земли солнечные батареи не работают. Значит, нужны аккумуляторы, а это заметно увеличивает вес космического аппарата. Конечно, если речь идет о небольшой мощности, скажем, о 10—15 киловаттах, то проще иметь солнечные батареи. Но когда в космосе требуется 50 киловатт и больше, то без ядерной установки (которая, кстати, служит 10—15 лет) на орбитальной станции или межпланетном корабле не обойтись. Сейчас на такие заказы мы, откровенно говоря, не очень рассчитываем. Но в 2010—2020 годах ядерные двигатели, являющиеся одновременно мини-электростанциями, будут очень нужны.

— Сколько весит такая ядерная установка?

— Если говорить о двигателе РД-0410, то масса его вместе с радиационной защитой и рамой крепления — две тонны. А тяга — 3,6 тонны. Выигрыш очевиден. Для сравнения: «Протоны» поднимают на орбиту и 20 тонн. А более мощные ядерные установки, конечно, будут повесомее — может быть, 5—7 тонн. Но в любом случае ядерные ракетные двигатели позволят выводить на стационарную орбиту грузы, имеющие в 2—2,5 раза большую массу, и обеспечат космические аппараты долговременной стабильной энергетикой...

Я не стал говорить с генеральным конструктором на больную тему — о том, что на Семипалатинском полигоне (нынче это территория другого государства) осталось немало ценного заводского оборудования, которое вернуть в Россию пока не удалось. Там же, в шахте, находится и один из испытательных атомных реакторов. Да и козловой кран все еще стоит на своем месте. Только вот испытания ядерного двигателя больше не проводятся... В собранном виде он стоит сейчас в заводском музее. Ждет своего часа.

Источник: «Труд», 13 Апреля 2000



Источник: http://everythings.narod.ru/tech/russia_star_yard.htm
Категория: Технология | Добавил: Atoris (28.12.2009) | Автор: Виталий Головачев
Просмотров: 817 | Комментарии: 1 | Теги: Cергей Павлович Королев, космос, ЯРД | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Категории раздела
Технократия [55]
Статьи о технократии
Технология [10]
Статьи о технологиях
Биология [4]
Статьи о биологии
Культура [16]
Статьи о культуре
Кибернетика [10]
Статьи о кибернетике
Другое [3]
Разные статьи
Проект "Венера" [0]
Поиск
Статистика



Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Locations of visitors to this page




Rambler's Top100